home

Пермские цыгане. Очерки этнографии цыганского табора

?
рекрещивание» дороги. «И вот на дороге - нечистый навстречу. По голосу
узнаем, что неправильно дело идет, неправильная дорога. Навстречу кони
идут, а это не кони, это другое дело совсем. Их звон слышно, их тень вид­
но, а сами стоят на месте. Остановимся, здесь бричка с детьми, с конями, а
сами идем вперед. Читаем молитву, зажигаем костер с тряпки, из юбки,
платка, фартука, делаем огонь. Перекрестим дорогу: девять шагов и девять
крестов кладем. Берем палку с сучком, этот сучок ее (нечистую силу. А.Ч.) одолеет. Зажигаем, он горит. И кресты кладем на дороге специально,
по дороге идем, мажем. Он огня и сучка боится, не пристанет. Такие вре­
мена были, такие случаи. Случаев было невидано-неслыхано, но сохранил
нас Бог», - вспоминает о кочевье Замбила Георгиевна Кулай.
Выбору места для ночевки также придавалось большое значение. Н е­
обходимо было выбрать хорош ее, чистое место. Старались никогда не ос­
танавливаться близ кладбищ и одиноких могил. Нам часто говорили, что
для определения места нужна была одна ночь. По приснившимся в эту
ночь снам определяли, остановится здесь табор надолго или будет искать
лучшее место.
Определенные ритуалы нужно было соблюдать и при покупке коня.
Коня обязательно надо было покупать с уздечкой, чтобы он любил хозяи­
на. Поводья при совершении сделки нельзя было брать голой рукой: «В е­
ревку нельзя брать голой рукой. Надо взять тряпочку, хлеба кусочек. О д­
ной рукой веревку возьмешь, а другой - тряпочку, хлеба кусочек, шапку,
что попадется». Чтобы водились деньги, при покупке надо было часть их
оставить в кармане: «И деньги чтоб остались в кармане - не все отдавать,
не доплати два рубля, рубль, чтоб не хватило, чтоб деньги водились». Куп­
ленного коня уж е в таборе освящали святой водой, завязывали ему на гри­
ве венчик от сглаза из разноцветных ленточек или цветов, произносили за­
говор.
Цыганские таборы кэлдэраров в разное время отказались от кочевой
жизни. Многие из них, как и цыгане рода рувони, уже в годы Великой Оте­
чественной войны и в послевоенный период не кочевали в кибитках и на
конях. Однако по-прежнему сохранялась потребность в перемене места.
Как вспоминают в пермском таборе, в годы Великой Отечественной войны
кочевали в вагонах. На железнодорожной станции табор приглядывал не­
нужный вагон, поселялся в нем. При необходимости переезда просили ма­
шиниста проходящего поезда или начальника станции прицепить вагон к
составу. У понравившейся станции вагон отцепляли, и цыганский табор
останавливался до следующего переезда. Так во время войны табор иско­
лесил по железным дорогам весь Советский Союз.
В послевоенное время передвигаться предпочитали на машинах: «Мы
ездили на машинах, нанимали из гаража машины. Например, надо выехать
из Перми в Ижевск, в Глазов, в Сарапул, нанимаем машину, переезжаем».
24